Легенды Ануэ. Охота на дракона - Максим Ветров

Рассерана и Символ Фериссии. Кассия и Фериссия собрали в себе по три пространственных осколка. Рассеран – два: Солнечный осколок и Сумеречный.

К этому времени, Альтарион уже вышел из зоны облаков и одинокой искоркой, отражающей свет солнца, пересекал чистое летнее небо. На полях под ним раскинулись пашни и дороги. Местами на полях выделялись огромные корабли, перестроенные в жилые комплексы. Ближе к центру над землей возвышались величественные небоскребы, начинающиеся глубоко под землей. Улицы города уходили ниже уровня земли, и из их темноты пестрели ночные огоньки подземных кварталов.

Самое завораживающее зрелище открылось Джейту в небесах. Над самым большим городом в воздухе висел огромный остров-музей, окруженный так же парящими кольцами-платформами. Вокруг него точками мотались корабли всех мастей и размеров. Часть комплекса зарывалась макушкой в облачный покров. Даже то, что было видно: стены, кольца-платформы, живописные садики на территории острова, и, в особенности, длинный архитектурный шпиль, указывающий вниз, на город – все было выполнено в таком красивом декоративном стиле, что даже Джейт, неискушенный в искусстве, издалека загляделся на открывшуюся красоту.

– Все это Кид подарил людям, – тихо произнес Рэн, с улыбкой разглядывая летающий остров. – Но цена была велика.

– Кид был великим энтэссером, – со вздохом осторожно добавил Сойер. – И удивительным, без сомнения. Я слышал историю о том, что на него тоже готовили ученика в одной из наших Обителей в другом мире. Это была девушка по имени… Эйн Сатэрн. Она смогла почти полностью повторить его. Собрала немыслимые силы в себе и своем резонаторе – такой же гитаре. Долго следовала за ним по пятам, пытаясь вызвать его на бой и проверить, кому благоволит воля Ануэ. И, в конечном итоге, когда она вышла на бой против него… не смогла даже коснуться. Он одолел ее, шутя. Но она не отказалась от своего пути…

– И присоединилась к нему! – победоносно воскликнул Рэн. – Известная история. И именно ее резонатором он разбил свой Селенджер, выпустив из него ту силу, что смогла объединить хотя бы несколько миров. И она же помогла ему через три года сыграть Бескровную Войну. Когда силы Ай-Зур собирались вернуть себе территорию Символов, Кид смог заманить их в некое неизвестное пространство и расправиться там со всей верхушкой. Такого разгромного поражения Альянс никогда не забудет. А они верили, что вся сила парня заключена только в гитаре!

– Но что случилось после? Как Кид Айжен погиб? – нахмурившись, спросил Сойер.

Джейт с тяжелым вздохом оперся на перила – эту историю он прекрасно знал. Ученый, развернувшись, молча покинул беседующих.

– Как я уже сказал, он не стал уничтожать весь Альянс. Лишь обезглавил его. К этому времени, Кид уже прекрасно осознавал цену гнева и мести, – напряженно продолжил Рэн. – Вместо мести он занялся своей семьей. Чуть меньше десяти лет покоя, мимолетных приключений, семейной радости и свободы от печали прошлого. Но Альянс вернулся на одиннадцатый год нового времени. Четыре неизвестных командира, объединенные символом, что впоследствии назвали Знаком Корва, вновь собрали разрозненные силы Ай-Зур и обрушились на мировой артефакт, намереваясь вновь разбить Символы. Естественно, Кид не мог им этого позволить. Он вновь собрал старую команду и дал Альянсу бой. Миры он спас. Неизвестно каким образом Кид помешал им, но совершить задуманное Корвеносцы не смогли. И цена за этот последний подвиг была велика – никто из команды Кида тот бой живым не покинул.

Воцарилась тишина, нарушаемая лишь печальной песней ветра. Альтарион набирал высоту, приближаясь к самому широкому кольцу-платформе, что служило портом для причаливающих суден. Каори в напряженном молчании выискивала место для швартовки. Сойер придирчиво разглядывал приближающийся остров.

– По счастливой случайности в том бою не участвовали только два человека из команды Кида, – неожиданно продолжил Рэн, тоже изучая архитектурные украшения, проплывающего мимо кольца. – Эйн и ее муж не принимали участие в битве и смогли скрыться от Альянса после того, как Черные начали стирать все наследие их врагов из истории. Все тогда было потеряно: дом Кида, его семья… у них с Анио был маленький десятилетний сын. Но до Эйн они так и не добрались.

– Что бы с ней не стало, в Обитель она так и не вернулась, – неуверенно произнес Сойер. – Но во всей этой истории есть огромный пробел, который ты старательно обходишь. Я точно знаю, что еще во времена Кида в разных Обителях были подготовлены трое охотников… для поимки одного из самых важных союзников Кида – Рэна Однорукого – тебя. Тебя считали огромной угрозой.

– Да, помню, был один тип, который что-то от меня хотел, – Рэн показушно замялся, следя за тем, как Альтарион занимает место на причале. – Он выражался чрезвычайно грубо, так что я, кажется, его случайно разрубил напополам…

– Это не смешно!

– Знаю, – Однорукий смело, с наглой улыбкой, обернулся к Сойеру. Как раз в этот момент корабль мягко стукнулся о борт и закрепился гравитационным якорем.

– Дело не в этом! – Сойер нетерпеливо мотнул головой. – Факт в том, что это было до Дня Корва! Ты познакомился с Кидом Айженом почти сразу после Бескровной войны! Так, где был ты в этой истории?

– Всему свое время, парень. Хотя стоит отметить твое любопытство и сообразительность. Вот оно – благотворительное влияние многофункциональных библиотек! – отмахнулся Рэн и первым сошел на платформу.

От платформы на остров вели перемещающиеся мостики. Вся команда покинула корабль и направилась в центральное здание Гильдии. Поведанная история не давала покоя Джейту, но сконцентрироваться на разгадке посеянных в ней интриг, он не мог. На каждом шагу ему встречалась такая красота, что думать о плохом и тяжелом просто не хотелось.

Каждый элемент местной архитектуры был искусно оформлен в виде животных, людей, аномалий и артефактов. Различные сцены из историй изображались резьбой и скульптурками. При этом везде виднелось прекрасное сочетание высоких технологий, артефактной механики и обычного человеческого искусства.

На территории острова уютно располагались окружающие главное здание парки, лужайки, клумбы и скверики, соединенные аллеями. Окна пестрили витражными стеклами, а высокие узкие грани комплекса были усеяны орнаментами и изображениями констрактов. Все это время Джейта не покидало ощущение, что что-то подобное он уже где-то недавно видел.

Внутри гостей встретили просторные высокие залы, освещенные приятным теплым светом. Но увиденное Джейтом в корне отличалось о его представлении о Гильдии Искателей. Он был уверен, что это мрачная база, вроде складского помещения или военного комплекса, где под строгим наблюдением в экспериментальных комнатах изучают аномалии и артефакты. На самом же деле, убранство Гильдии и те юноши и девушки, что встречались на пути в белых мантиях, создавали впечатление, скорее, некой академии. Пройдя по длинному коридору, чуть растерявшийся Джейт, заметил, что многие из членов Гильдии бросают в сторону Рэна хмурые взгляды, шепчутся и собираются в кучки.

Вскоре группа незваных гостей остановилась в широком холле, куда выходило несколько балконов с верхних уровней. К этому времени недовольство гильдийских уже было очевидно. Ребята столпились вокруг пришельцев, всем своим видом показывая недоверие.

– Это Однорукий… – послышался чей-то шепот.

– Он, точно он.

– Рэн Однорукий.

– Тот самый? Это же он, – разносился недовольный шепот со всех сторон.

– Что тебе здесь надо? – подал голос какой-то парнишка, примерно одного с Джейтом возраста. – Здесь таких, как ты, не приветствуют.

– Ого, – самодовольно гоготнул Рэн. – Вы чего, ребят? Новостей что ли перечитали? Приятно, конечно, когда тебя узнают. Пусть и по какому-то протезу. Но, если он вам не нравится, хотите, я его сниму? Куда повесить?

– Здесь с преступниками дела не ведут, – присоединилась к парню девушка из толпы. – Все знают, кто ты. Ты…

– Рэн Однорукий! – произнес чей-то строгий голос сверху.

На парадный балкон в сопровождении двух молодых энтэссеров вышла женщина в шикарном красном платье с подтянутым корсетом и широкой юбкой. Темно-красные волосы были сплетены в тугой пучок на затылке. Еще молодое, но строгое лицо дышало силой и уверенностью.

– Бандит, скандалист, преступник, дебошир, террорист, мародер и лжец!